29 ноября в России отмечается День матери. Наверное, нет в мире более щемящего сердце чувства, чем материнская любовь. А уж желание помочь своему ребенку и прилагаемые при этом усилия и вовсе иногда сродни подвигу. Такой материнский подвиг в свое время совершила и продолжает совершать тольяттинка Галина Сухарева, которая больше известна в нашем городе как тренер по плаванию, который в числе немногих занимается с детьми-инвалидами. Однако ценой ее профессионализма в этом направлении стал собственный непростой жизненный опыт.

Галина Ярославовна Сухарева уже много лет работает тренером-преподавателем по плаванию в УСК «Олимп». До определенных событий ее жизнь почти ничем не отличалась от жизни миллионов других женщин – семья, где воспитывались два сына, 15-летний Андрей и 13-летний Сергей, муж Михаил, любимая тренерская работа, друзья, хобби и так далее. Будучи человеком, влюбленным в спорт, Галина Ярославовна привела в плавание и младшего сына Сережу, которому на тот момент было всего шесть лет. Сергей показывал очень хорошие результаты, был очень перспективным спортсменом. Но случившееся 6 июня 2004 года несчастье перевернуло как всю его жизнь, так и жизнь всей семьи Сухаревых.

 

Трагедия

– Сергей вместе с тренером и другими спортсменами ехал на машине из Тольятти в Самару на сборы, – рассказывает Галина Сухарева. – Но случилась авария – в их машину врезался другой автомобиль. Пострадал только Сергей, и когда на место ДТП приехала скорая, его увезли в реанимацию с открытой черепно-мозговой травмой. Врачи тогда сразу сказали, что основной задачей будет – выжить. Потому что, дескать, ни ходить, ни говорить, ни нормально функционировать он больше никогда не будет, потому что травма очень тяжелая. Первые две недели после операции он лежал в реанимации. И тогда тоже все окружающие в один голос пророчили, что мой ребенок будет всю жизнь только лежать. После операции так и было – он просто лежал, открыв глаза. Было даже не понятно, понимает ли он что-нибудь. Это было очень страшно. Через три месяца Сережу выписали из больницы с диагнозом «черепно-мозговая травма, правосторонний гемипарез, вегетативное состояние». Мы его привезли в Тольятти, занесли на руках домой. Он не реагировал ни на родные стены, ни на родственников. Муж сделал ему кровать, такую же, как в больнице – чтобы можно было менять положение тела и чтобы было удобнее ухаживать за лежачим. Включали его любимую музыку, показывали фотографии – сын в это время следил глазами, но тоже никак не отзывался. К нему стали приходить друзья – из секции, из школы, все его поддерживали. Шло время, но ничего не менялось – он просто лежал.

Галина Ярославовна вспоминает, что в те страшные дни, кроме страха за жизнь сына, боли и отчаяния от происходящего, в ней самой поселилось ощущение собственного бессилия. Да, врачи сделали все возможное, за это им огромная благодарность. Но они не боги – черепно-мозговые травмы – страшная вещь, как поведет себя организм – большой вопрос. Но одновременно с внутренним отчаянием в Галине говорила спортивная злость и многолетняя внутренняя установка – не сдаваться, не пасовать перед трудностями. И она стала действовать.

Еще в больнице, после операции, когда изменившийся Сережа неподвижно лежал и смотрел в потолок, она, понимая, что нельзя терять время и нужно как можно раньше начинать реабилитацию, при каждом удобном случае делала ему массаж, разрабатывала руки и ноги. К этим манипуляциям добавлялось множество больничных процедур, физиотерапия. Но и мама не давала покоя лежачему сыну, придумывая все новые способы реабилитации. «Как это так? – крутилось у нее в голове – За что ему это? Тринадцатилетний мальчишка бегал, смеялся, занимался спортом, учился – и вдруг – лежит как овощ – ни движений, ни эмоций». Материнское сердце разрывалось на части.

Не сдаваться!

«Сережа на тот момент никого не узнавал, не говорил и не двигался. Но мы не сдавались, – рассказывает Галина Ярославовна.-  К нам стал приходить очень хороший массажист Валера Сгибнев, он сам инвалид по зрению, но человек очень твердый духом, я его знала по клубу моржей Автозаводского района. Он массировал Сережу по два часа, и это хорошо помогало. Я сама тоже делала сыну массаж, занималась с ним ЛФК, стала изучать методики по реабилитации, различные комплексы. Сначала результаты были малозаметными, но они были – появились первые движения, эмоции. Сказать, что тогда мы перепробовали все – это ничего не сказать. Я буквально не давала ему покоя, чтобы он не лежал без дела. Конечно, мне пришлось оставить работу и все время проводить с Сережей. Вставала рано утром, чтобы приготовить завтраки и обеды для всей семьи, провожала на работу мужа и на учебу старшего сына, а потом целый день до позднего вечера занималась Сергеем. Иногда к вечеру замечала, как опухали мои ноги от непривычных даже для меня физических нагрузок…

– Примерно через полгода мы повезли нашего мальчика на лечение к ясновидящему – пришлось прибегнуть даже к такому, – рассказывает  Галина Ярославовна. – Он осмотрел сына, провел какие-то манипуляции и в конце сеанса сказал, что он скоро заговорит. Хотите верьте, хотите нет, но в этот же вечер, когда мы приехали домой, Сережка произнес первые звуки «ааа, бэээ» и другие. Потом пошли слоги. Говорить он учился заново, как маленький ребенок.

Галина Сухарева рассказывает, что, к счастью, она не осталась один на один с больным ребенком – на тот момент в городе существовал Фонд помощи детям, попавшим в ДТП, «Протектор», который направил их через год после травмы в Институт мозга в Москву. Получали они лечение и в тольяттинском реабилитационном центре для детей «Ариадна», где Сережу учили заново ходить. Но какая бы помощь со стороны не поступала, только одному богу известно, что приходится переживать каждый день родителям, у которых есть дети-инвалиды. Иголкой рыть колодец – так иначе можно назвать такой труд.

«Через два года мы его на руках занесли в бассейн, – продолжает свой рассказ Галина Ярославовна. – Я хотела, чтобы он почувствовал себя в прежнем состоянии, вспомнил себя «прошлого». И это действительно произошло. В воде ему становилось лучше. Мы стали регулярно возить его в бассейн, вместе с отцом спускали на воду и плавали. В 2009-м году были первые паралимпийские соревнования в Дзержинске. Но они были неудачными – он сделал старт, нахлебался воды, остановился, потом просто проплыл дистанцию на спине. Я боялась, что так будет все время и неудачи действительно были, но со временем все меньше и меньше. Сейчас я могу точно сказать, что Сережу спасли тренировки и спорт, а вовремя начатая реабилитация помогла нам избежать инвалидной коляски. Мы каждый день что-то делали. Если не бассейн, то ЛФК, прогулки в лесу, тренажерный зал и так далее. Я уже не говорю про домашние занятия, массаж и постоянный контроль за его движениями. Помню, как где-то я встретила одну маму ребенка-инвалида, у которого не работала левая рука. Правая – работала, а левая – нет. Я стала ее спрашивать, что они делают для того, чтобы разработать руку. На удивление, она ответила, что ничего – дескать, все бесполезно. Я стала ее убеждать, что если ребенок может водить машинку правой, то обязательно надо пробовать и даже заставлять его делать это и левой рукой – когда-нибудь это поможет! Не знаю, послушала ли она меня тогда».

 

Кто, если не мы?

Прошли годы. Сегодня Сергей Михайлович Сухарев – известный в нашей стране и за ее пределами пловец — паралимпиец. Он Чемпион мира, многократный призёр чемпионатов мира и Европы, мастер спорта  по плаванию среди спортсменов с поражением опорно-двигательного аппарата.

 

Еще в 2010 Галина Ярославлвна Сухарева стала вести в УСК «Олимп» группы по плаванию для детей-инвалидов. Родители приводят к ней детишек с нарушениями опорно-двигательного аппарата, зрения, слуха и интеллекта. Как к тренеру и как к матери ребенка-инвалида к ней постоянно обращаются люди. И она делится опытом, подсказывает, советует и находит слова поддержки.

«Безусловно, работать с такими детьми непросто, – говорит тренер Сухарева. – Все они разные. Поэтому основной упор приходится делать на индивидуальные задания и упражнения. Методика обучения плаванию практически та же, что и со здоровыми детьми. Все начинается с выдохов в воду, дети учатся лежать на воде. Применяются одни и те же упражнения – техника стартов, поворотов. Но есть и особенности. У инвалидов свои правила соревнования, которые нельзя нарушать. Разработаны они с учетом физических нарушений у людей».

Сейчас у Галины Ярославовны занимаются около сорока детей. Некоторые из них – уже настоящие заслуженные спортсмены – паралимпийцы – Алена Разбегаева, Дима Ксенофонтов, Ваня Цыпленков. И вообще всех, кто приходит к ней в секцию спортивного плавания, она настраивает на то, чтобы они готовились в итоге брать спортивные вершины, а не просто купаться в свое удовольствие».

«Направление адаптивной физкультуры – плавание – очень востребовано. Однако желающих заниматься гораздо больше, чем наставников, – говорит тренер. – Далеко не все выпускники профильных факультетов идут работать с инвалидами, это непростой труд, тут нужно душой болеть за этих детей».

С последними словами Галины Ярославовны трудно не согласиться. Ей самой ее собственный опыт и профессионализм в этом направлении дался очень дорогой ценой. Сергею Сухареву сегодня 29 лет. Глядя на высокого красавца-спортсмена с лучистой улыбкой (как и у его матери), трудно представить, что ему пришлось пережить. И что пришлось пережить его маме. Но страх, отчаяние и боль проиграли материнской любви и тяжелому труду, не прекращавшемуся ни на минуту во имя одной цели – вернуть ребенку полноценную жизнь. На такое способна только Мама.

 

Поделитесь новостью: